Маловероятно, что Анкара в краткосрочной перспективе пойдет на новые амбициозные инициативы с Арменией – турецкий аналитик

Внеочередные парламентские выборы, состоявшиеся 1 ноября в Турции, завершились победой партии президента Реджепа Тайипа Эрдогана и премьер-министра Ахмета Давлутоглу.  Победила правящая партия и в 4 раз получила возможность сформировать правительство в одиночку.  Tert.am поинтересовался у старшего аналитика Международной кризисной группы (International Crisis group) Нигяр Гексел , насколько вероятна смена курса внешней политики Турции, какой сценарий развития событий изберет официальная Анкара в формате отношений Армения-Турция, принимая во внимание, что президент Армении Серж Саргсян отозвал из НС армяно-турецкие протоколы.

В ответ эксперт сказала, что процесс нормализации турецко-армянских отношений в 2010 году был не только приостановлен, но и далее, в 2015 году тон этих отношений был испорчен.

« Ввиду дренирующего действия других геополитических событий и высоких ставок на свои отношения с Азербайджаном, крайне маловероятно, что Анкара в краткосрочной перспективе пойдет на новые амбициозные инициативы с Арменией», – сказала эксперт, подчеркнув, что  за пределами Турции, по всей видимости все стороны ждут завершения противостояния между Западом и Россией, на данный момент разворачивающегося в Украине и Сирии», – сказала она.

На вопрос, какой вариант разрешения конфликта вы представляете: в последнее время наблюдалось большое напряжение на границе между Арменией и Азербайджаном, на карабахско-азербайджанской линии соприкосновения, погибли мирные жители. За весь период после заключения перемирия впервые были применены крупнокалиберные вооружения турецкого производства. Чем обусловлена такая тактика Азербайджана, какую цель преследует азербайджанская сторона, эксперт ответила, что стратегия Баку заключается в том, чтобы подвигнуть Армению к пониманию неприемлемости статуса-кво.

«Один из применяемых вариантов тактики для достижения этой цели заключаются в том, чтобы изолировать Армению, исключить ее из региональных интеграционных проектов и таким образом создать цену для Армении. Если не будет достигнуто всеобъемлющее соглашение, не будут предприняты шаги для трансформации и деэскалации конфликта, то Армения и Азербайджан должны решить, берут ли они свою судьбу в собственные руки и обоюдную ответственность за слом нисходящей спирали, которая ведет обе стороны в худшее состояние», – сказала Нигяр Гексел, добавив, что  иначе случайные сценарии или навязанные итоги кроят в себе риск сужения их возможностей.

«Термин “азербайджанский лобби” вводит в заблуждение. Что касается игры, когда дело доходит до азербайджанского влияния на турецкую политику, то здесь действует само по себе не лобби, а, скорее, сочетание двух факторов», – сказала аналитик, подчеркнув, что одним из них является оценка нынешним политическим руководством национальных интересов страны.

Другой фактор, это чувства и интересы широкого сегмента общества. Относительно первого фактора, Турция имеет преимущество в своей региональной геополитической конкуренции с Россией, прежде всего, из-за приоритетности Турции для Баку в ряде областей, в первую очередь, в сфере энергетики и мягкой силы», – отметила эксперт, сказав, что угроза этой взаимосвязи рассматривается стратегическими мыслителями в Анкаре, как “камень, кинутый в огород России», – отметила она, добавив, что есть также простые экономические интересы: Турция является крупнейшим инвестором в неэнергетическом секторе Азербайджана, ГНКАР является ведущим прямым иностранным инвестором в Турции, и Азербайджан продает Турции природный газ по самым низким ценам по сравнению с другими поставщиками.

«Опять же, в свете этих реалий, слово «лобби» мне представляется редукционистским. Утверждается, что есть часть общества, в том числе и из стратегических мыслителей и лидеров общественного мнения, которые считают, что политика Турции должна быть менее зависима от Баку, и что полное согласование с Баку лишает Турцию способности игрока … Однако в краткосрочной перспективе не вероятно, что это мнение трансформирует параметры турецкой политики», – резюмировала она.

Scroll Up