Вопрос прошлому: сын турецкой семьи расследует семейную историю

Турецкий фотограф Эмин Акпенар длительное время занимается разыскиванием пустот в семейной истории и поиском причин этих пустот. Помимо глубинного несогласия с националистическими настроениями в семье, он в слышанных в детстве историях обнаружил нелогичный эпизод.

 �?стория семьи Эмина состоит из одного события: в 1925 году их семья из Эрзэнджана (Ерзнка) бежала в Кершехир, потому что армяне жгли села и истребляли людей.

 «Моя семья мало что знает о своем прошлом, и я о нашем прошлом слышал только это, основанное на рассказах брата моего деда, – рассказал Эмин «Етку». – �? я начал задавать отцу вопросы относительно этой истории».

 Отец Эмина также является носителем этой истории, и поскольку его отец скончался, когда ему было 6 лет, единственным источником был его старший брат, родившийся именно в Эрзнджане и, по его словам, во время бегства ему было 5-6 лет, когда армяне совершали «варварства». Его дядя еще жив, но тяжело болен и с ним трудно общаться.

 По элементарной причине Геноцида 1915 года Эмину эта история не кажется достоверной.

 «Если они бежали в 1925 году, возникает вопрос – от кого бежали, потому что в то время, если даже после Геноцида в Эрзнджане  и остались армяне, они не могли жечь села или убивать людей», – констатирует очевидное противоречие Эмин.

 За свою жизнь отец Эмина лишь однажды ездил в их родное село, чтобы собрать некоторые сведения о других членам своей семьи, поскольку было известно, что во время бегства большая семья не могла целиком перебраться в Кершехир. Его отец ничего в селе не спрашивал об армянах – его интересовала только судьба его семьи.

 «Ему ничего не удалось выяснить, только один старик проводил отца к фонтану и сказал, что он построен его отцом, но мы ничего об этом не знаем», – говорит Эмин.

 Следующий вопрос Эмина касается названия их села, которое слышал на протяжении всей жизни – Bagariç – Багарич.

 «У них и мысли никогда не возникало, что это не турецкое слово, – улыбается Эмин. – Я спросил отца, что означает на турецком название нашего села, и он не смог ответить. Потом я ему сказал, что это армянское слово и в этом селе жили армяне».

 Эмин Акпенар с помощью карты Севана Ншаняна нашел село и значение названия, и обнаружил, что Багарич – армянское слово, означающее Божий храм или обитель.

 «Я фактически обнаружил, что моя семья не бежала от армян, что название этого села не турецкое  и в этом селе было много армян», – говорит Эмин.

 В Западной Армении есть два села с названием Багарич: одно находится в провинции Дерджан Эрзрумского вилайета, другое – в провинции Даранах или Камах, которая ныне называется Кемах. Взяв из �?нтернета написанное на армянском слово Багарич, Эмин   собрал на армянских форумах и сайтах некоторые сведения о своем селе, чтобы понять которые пользовался «Google Translate».

 Поначалу, не зная о существовании двух Багаричей, Эмин обнаружил Согомона Тейлеряна, который родился в другом селе, однако позже понял, что Тейлерян из другого Багарича.

 Согласно книге Раймонда Геворгяна «Геноцид армян», в канун Геноцида в Держане было 41 армянское село с общим армянским населением 11 тысяч 690 человек, и самым крупным из них было именно Багарич, где проживали 1060 армян.

 В ходе поисков Эмин встретился также с переводом на турецкий изданного Национальным архивом Армении трехтомным сборником «Геноцид армян в Османской Турции: свидетельства переживших» и там обнаружил некоторые упоминания об их селе. Очевидец по имени Вардан Аветисян, которому во время Геноцида было 11 лет, оставил свидетельство, что до войны армяне и турки вместе жили очень счастливо.

 32-летний Эмин говорит, что его не интересует, был ли его дед армянином, турком или курдом. «�?стория моей семьи туманна, в ней много непонятных вещей. В моей семье всегда говорили, что мы стопроцентные турки, но я не люблю таких националистических вещей и ищу ответы» – говорит он.

 До начала XX века, когда нашедший в Европе широкое распространение национализм со стремлением создать национальное государство еще не распросранился на Восток, люди, жившие в Османской империи считались подданными Османии, и люди различались по религиозной принадлежности – мусульмане и христиане. Понятие «турок» как гражданин Турции вошло в обиход после основания националистического государства в 1923 году и с течением времени самыми различными средствами проживающим в Турции людям навязывали турецкую идентичность.

 Турецкий писатель и социолог Пенар Селек свидетельствует, что турецкая идентичность была создана на основе истребления немусульман – Геноцид армян, изгнание греков и других, посредством приема в Анатолии мусульманских семей с Балкан и Кавказа, которых убеждали, что  они турки: «Слава тому, кто называет себя турком».

 Однако процесс этот, давший в свое время результат, ныне уводит в другую сторону, потому что в Турции у многих возникают вопросы относительно своего прошлого и идентичности, а некоторые прогрессивные люди не считают себя турками.

 Эмин вырос с чисто турецкой идентичностью, соответственно, в семье, претендующей на турецкое большинство, где пропагандировалась идеология справедливости турка, однако он убежден, что невозможно в Анатолии быть стопроцентным турком. Он не может понять, что побуждает его исследовать прошлое своей семьи.

 «Возможно, этим своим открытием я хочу показать своей семье, что они не правы, поскольку слишком националистичны, а я не люблю националистические вещи, однако ответа на этот вопрос у меня нет», – говорит он.

 В то же время Эмина к этим расспросам подтолкнули истории его друзей с армянскими корнями, которые в дружеской среде говорили об историях своих семей.

 «Вырастая, они вдруг узнают, что их бабушка или дед – армяне, которых исламизировали, и они хранят эти истории. Но моя история очень отличается от их историй, потому что истории просто нет», – говорит он.

 Он выдвигает следующий вопрос: если, например, их семья была турками, что побудило их бежать, поскольку они точно не могли убежать от армян. Он говорит, что если даже их семья не бежала, а просто перебралась из села в город, что бывает часто, то контрдоводом тому является то, что  в подобных случаях большие семьи перебираются целиком, а известно, что их семья была раздроблена: они уехали в разных направлениях и ничего не знают друг о друге. Другой вопрос – почему они выбрали Кершехир. Потому что этот город ближе к Анкаре и достаточно далеко от Багарича, а люди во время бегства обычно отправляются в самое близкое и безопасное место.

 «Это вопросы, ответов на которые я не знаю и ищу», – говорит Эмин.

Своими открытиями Эмин поделился с отцом, который и начал его рассрашивать. Они решили вместе летом поехать в Багарич, чтобы изучить историю своей семьи.

«Я собираюсь путешествовать со своим фотоаппаратом. Я знаю, что там много церквей и буду расспрашивать сельских жителей, кто их строил», – говорит Эмин.

Scroll Up